пњљпњљпњљпњљпњљпњљпњљ@Mail.ru

“уман

¬торые сутки мы были в море. Ќа рассвете первой ночи мы встретили густой туман, который закрыл горизонты, задымил мачты и медленно возрастал вокруг нас, слива€сь с серым морем и серым небом. Ѕыла зима, но все последние дни сто€ла оттепель. Ќа  авказских горах та€ли снега, а море дышало обильными предвесенними испарени€ми. » вот ранним сумрачным утром машина внезапно затихла, а пассажиры, разбуженные этой неожиданной остановкой, гремучими свистками и топотом ног по палубе, полусонные, оз€бшие и встревоженные, один за другим стали по€вл€тьс€ у рубки. Ўел беспор€дочный говор, а серые космы тумана, как живые, медленно ползли по пароходу.

ѕомню, что вначале это сильно беспокоило.  олокол почти непрерывно звонил на баке, из трубы с т€жким хрипом вырывалс€ угрожающий рев; и все тупо смотрели на растущий туман. ќн выт€гивалс€, изгибалс€, плыл дымом и порою так густо окутывал пароход, что мы казались друг другу призраками, двигающимис€ во мгле. ѕохоже было на хмурые осенние сумерки, когда непри€тно дрогнешь от сырости и чувствуешь, как зеленеет лицо. ѕотом туман сделалс€ немного светлей, ровней и, значит, безнадежнее. ѕароход снова шел, но так робко, что дрожь от работающей машины была почти беззвучна. Ќе перестава€ звонить, он направл€лс€ теперь все дальше от берегов, к югу, где непроницаема€ густота тумана наливалась уже насто€щими сумерками,†Ц тоскливой аспидной мутью, за которой в двух шагах чудилс€ конец света, жутка€ пустын€ пространства. — рей, с навесов и снастей капала вода. ћокра€ угольна€ пыль, летевша€ из трубы, черным дождем сыпалась возле нее. ’отелось хоть что-нибудь рассмотреть в ненастной дали, но туман окутывал, как сон, притупл€л слух и зрение; пароход был похож на воздушный корабль, перед глазами была сера€ муть, на ресницах Ц холодна€ паутина, и матрос, который курил невдалеке от мен€, обсасыва€ мокрые соленые усы, казалс€ мне порою таким, точно € видел его во снеЕ ¬ шесть часов мы снова стали.

¬спыхнуло сквозь туман живым глазком электричество в фонаре на мачте, черными клубами величаво повалил дым из жерла т€желой и приземистой трубы и повис в воздухе.  олокол без смысла и однообразно звонил на носу, где-то мрачным и тоскливым голосом простонала ЂсиренаїЕ может быть, и не существующа€, а созданна€ напр€женным слухом, которому всегда чудитс€ что-нибудь в таинственной безбрежности туманаЕ “уман темнел все угрюмее. ¬верху он сливалс€ с сумраком неба, внизу бродил вокруг парохода, едва каса€сь воды, котора€ слабо плескалась в пароходные бока. Ќаступала долга€ зимн€€ ночь.

“огда, чтобы вознаградить себ€ за тоскливый день, истомивший всех ожидани€ми беды, пассажиры сбились вместе с мор€ками в кают-компании. ¬округ парохода была уже непрогл€дна€ тьма, а внутри его, в нашем маленьком мирке, было светло, шумно и людно. »грали в карты, пили чай, вина, лакеи бегали из буфета в буфет, хлопа€ пробками. я лежал внизу, в своем помещении, слушал топот ног, раздававшийс€ над головою.  то-то заиграл манерно-печальный модный вальс на пианино, и мне захотелось на люди. я оделс€ и вышел.

ƒолжно быть, всем было весело в тот вечер. ѕо крайней мере, казалось так, и было при€тно, что вечер прошел незаметно. ¬се забыли про туман и опасности, танцевали, пели, ходили с си€ющими глазами. ѕотом устали и захотели спатьЕ » больша€, душна€ и жарка€ кают-компани€, в которой уже болезненно-€рко блестели огни, наконец опустела. ј когда € загл€нул туда через полчаса, то там был уже полный мрак, как почти и всюду на пароходе. —верху доносилс€ иногда звон колокола и был очень странен в наступившей тишине. ѕотом и он стал слышен все реже и режеЕ » все точно вымерло.

я прошелс€ внизу, по коридорам, посидел в рубке, прислон€€сь к холодной мраморной стенеЕ ¬друг и в ней погасло электричество, а € сразу точно ослеп. ¬нутренне напева€ то, что пели и играли в этот вечер, € ощупью добралс€ до трапа, подн€лс€ на несколько ступеней к верхней палубе Ц и остановилс€, пораженный красотою и печалью лунной ночи.

ќ, кака€ странна€ была эта ночь! Ѕыл уже очень поздний,†Ц может быть, предрассветный час. ѕока мы пели, пили, говорили друг другу вздор и сме€лись, здесь, в этом чуждом нам мире неба, тумана и мор€, взошла кротка€, одинока€ и всегда печальна€ луна, и воцарилась глубока€ полночьЕ совершенно така€ же, как п€ть, дес€ть тыс€ч лет тому назадЕ “уман тесно сто€л вокруг, и было жутко гл€деть на него. —реди тумана, озар€€ круглую прогалину дл€ парохода, вставало нечто подобное светлому мистическому видению: желтый мес€ц поздней ночи, опуска€сь на юг, замер на бледной завесе мглы и, как живой, гл€дел из огромного, широко раскинутого кольца. » что-то апокалиптическое было в этом кругеЕ что-то неземное, полное молчаливой тайны, сто€ло в гробовой тишине,†Ц во всей этой ночи, в пароходе, и в мес€це, который удивительно близок был на этот раз к земле и пр€мо смотрел мне в лицо с грустным и бесстрастным выражением.

ћедленно подн€лс€ € на последние ступеньки трапа и прислонилс€ к его перилам. ѕодо мной был весь пароход. ѕо выпуклым дерев€нным мосткам и палубам тускло блестели кое-где продольные полоски воды,†Ц следы тумана. ќт перил, канатов и скамеек, как паутина, падали легкие дымчатые тени. ¬ средине парохода, в трубе и машине, чувствовалась колоссальна€ и надежна€ т€жесть, в мачтах Ц высота и зыбкость. Ќо весь пароход все-таки представл€лс€ легко и стройно выросшим кораблем-привидением, оцепеневшим на этой бледно освещенной прогалине среди тумана. ¬ода низко и плоско лежала перед правым бортом. “аинственно и совершенно беззвучно колебл€сь, она уходила в легкую дымку иод мес€ц и поблескивала в ней, словно там по€вл€лись и исчезали золотые змейки. Ѕлеск этот тер€лс€ в двадцати шагах от мен€,†Ц дальше он мерцал уже чуть видно, как мертвый глаз. ј когда € смотрел кверху, мне оп€ть чудилось, что этот мес€ц Ц бледный образ какого-то мистического видени€, что эта тишина Ц тайна, часть того, что за пределами познаваемогоЕ

¬незапно зазвонили на баке в колокол. «вуки уныло побежали один за другим, наруша€ молчание ночи, и тотчас же послышалс€ где-то впереди смутный шум и ропот. ћгновенно предчувствие опасности заставило мен€ впитьс€ глазами в сумрачный туман, и вдруг кровавый сигнальный огонь, похожий на крупный рубин, вырос из тумана и стал быстро приближатьс€ к нам. ѕод ним мутно-золотыми п€тнами расплывались и шли длинной цепью освещенные окна, а в шуме колес, который был похож сперва на приближающийс€ шум каскада, уже выдел€лись звуки быстро верт€щихс€ лопастей, и можно было различить, как шипит и сыплетс€ вода. ¬ахтенный на нашем пароходе с поспешностью очнувшегос€ от сна человека машинально и нескладно забил в колокол, а затем т€жко захрипела труба, и из нее с трудом пробилс€ широкий и мрачный гул, потр€сающий весь остов парохода. »з тумана раздалс€ тогда ответный голос, похожий на гулкий крик паровоза, но он быстро затер€лс€ в тумане, а за ним медленно стал та€ть и шум колес, и красный сигнальный огонь. ¬ этом крике и шуме чувствовалось что-то задорное и суетное,†Ц верно, и капитан встречного парохода был молод и дерзок,†Ц но что значила эта суетна€ смелость перед лицом такой ночи!

Ђ√де мы?ї Ц пришло мне в голову. ¬ахтенные, веро€тно, уже снова дремлют, пассажиры сп€т непробудным сном,†Ц туман сбил мен€ с толкуЕ я не представл€ю себе, где мы, потому что в этих местах на „ерном море € никогда не бывалЕ я не понимаю молчаливых тайн этой ночи, как и вообще ничего не понимаю в жизни. я совершенно одинок, € не знаю, зачем € существую. » зачем эта странна€ ночь, и зачем стоит этот сонный корабль в сонном море? ј главное Ц зачем все это не просто, а полно какого-то глубокого и таинственного значени€?

ќколдованный тишиной ночи, тишиной, подобной которой никогда не бывает на земле, € отдавалс€ в ее полную власть. Ќа мгновение мне почудилось, что в невыразимой дали где-то прокричал петухЕ я усмехнулс€. ЂЁтого не может бытьї,†Ц подумал € с какой-то странной радостью; и все, чем € жил когда-то, показалось мне таким маленьким и жалким! ≈сли бы в этот час выплыла на мес€ц на€да,†Ц € не удивилс€ быЕ Ќе удивилс€ бы, если бы утопленница вышла из воды и, бледна€ от мес€ца, села в лодку, спущенную около окон пассажирских каютЕ “еперь мес€ц смотрит пр€мо в эти круглые окошечки и озар€ет угасающим светом сп€щих, а они лежат, как мертвыеЕ Ќе разбудить ли кого-нибудь? Ќо нет,†Ц зачем? ћне никто не нужен теперь, и € никому не нужен, и все мы чужды друг другуЕ

» невыразимое спокойствие великой и безнадежной печали овладело мною. ƒумал € о том, что всегда влекло мен€ к себе,†Ц о всех живших на этой земле, о люд€х древности, которых всех видел этот мес€ц и которые, верно, казались ему всегда настолько маленькими и похожими друг на друга, что он даже не замечал их исчезновени€ с земли. Ќо теперь и они были чужды мне: € не испытывал моего посто€нного и страстного стремлени€ пережить все их жизни,†Ц слитьс€ со всеми, которые когда-то жили, любили, страдали, радовались и прошли и бесследно скрылись во тьме времен и веков. ќдно € знал без вс€ких колебаний и сомнений,†Ц это то, что есть что-то высшее даже по сравнению с глубочайшею земною древностьюЕ может быть, та тайна, котора€ молчаливо хранилась в этой ночиЕ » впервые мне пришло в голову, что, может быть, именно то великое, что обыкновенно называют смертью, загл€нуло мне в эту ночь в лицо и что € впервые встретил ее спокойно и пон€л так, как должно человекуЕ

”тром, когда € открыл глаза и почувствовал, что пароход идет полным ходом и что в открытый люк т€нет теплый, легкий ветерок с прибрежий, € вскочил с койки, снова полный бессознательной радости жизни. я быстро умылс€ и оделс€ и, так как по коридорам парохода громко звонили, сзыва€ к завтраку, распахнул дверь каюты и, весело стуча €рко вычищенными сапогами по трапу, побежал наверх. ”лыба€сь, € сидел потом на верхней палубе и чувствовал к кому-то детскую благодарность за все, что должны переживать мы. » ночь и туман, казалось мне, были только затем, чтобы € еще более любил и ценил утро. ј утро было ласковое и солнечное,†Ц €сное бирюзовое небо весны си€ло над пароходом, и вода легко бежала и плескалась вдоль его бортов.

1901